22 декабря 2015

Как отличить радикального мусульманина от нерадикального

Во Франции Национальный фронт победил в первом туре региональных выборов, набрав, в среднем он около 30%. Напомню, в Кале стоит лагерь людей, которые незаконно проживают на территории Франции, но при этом еще больше хотят незаконно проживать на территории Англии. Просто потому что в Англии социальные бенефиты больше. И замечательное французское правительство не может этих людей, незаконно находящихся на территории Франции, взять и выдворить из Франции. Соответственно, Англия их не принимает.
Так вот. Значит, вместо того, чтобы пожалеть этих бедных несчастных людей, граждане Кале 49% голосов отдали Марин Ле Пен. Может ли эта победа быть конвертирована на следующих выборах в президентскую, еще не ясно - тот же Гитлер пришел к власти только из-за ссоры между социалистами и коммунистами. Сейчас в Кале правящие социалисты, которые финишировали позорными третьими, сняли свои кандидатуры. Собственно, то же самое было в 2002 году, когда Ле Пен тоже вышел во второй тур выборов. Тогда вся либеральная тусовка страшно ужаснулась и, естественно, все приложили все усилия для того, чтобы победил Ширак. И получилась оглушительная победа Ширака.
Но сегодня победа Марин Ле Пен не единственная. В Венгрии есть Виктор Орбан. А в Польше победила «Закон и справедливость», которая тоже крайне консервативна. Даже в Скандинавии достаточно правая партия - шведские демократы – сегодня возглавляет опросы общественного мнения в стране.
И, наконец, даже эту победу Марин Ле Пен «перекрыл» Дональд Трамп, один из кандидатов в президенты США, который сейчас с гигантским отрывом лидирует среди всех других республиканских кандидатов. Он заявил, что надо мусульман перестать пускать в США, пока идет война в Сирии. Он сказал: «Мы должны сделать паузу (мы, американцы), вздохнуть, подумать».
И Трамп, и Марин Ле Пен вызвали настоящую истерику. Не только у левых СМИ. «The Financial Times»: «Дональд Трамп – это безобразие, а Марин Ле Пен – это опасность». И, конечно, «The Guardian», объясняет, что за Марин Ле Пен голосуют, благодаря взаимодействию финансового беспокойства и культурного отчуждения управляющих элит от управляемых.
Петицию, что Трампа нельзя пускать в Британию, уже подписало 500 тысяч человек. Трамп, между прочим, еще и сказал, что в Лондоне есть места, в которые полицейские не могут войти.
Я говорила несколько недель назад, что когда во Франции происходили теракты, в Англии происходил круглый стол, на котором бывший узник Гуантанамо Муаззам Бегг получил за свои страдания миллион фунтов стерлингов компенсации и призвал ввести законы шариата в Англии. Вопрос: сколько человек предложило выслать Муаззам Бегга из Англии? Сейчас другой узник Гуантанамо, по-моему, возглавил Аль-Каиду.
Есть в Британии политический беженец Хани Ас-Сибаи, религиозно-экстремистский проповедник, приверженцем которого был тот человек, который перестрелял британских туристов в Марокко. Сибаи живет на деньги британских налогоплательщиков в особняке за один миллион фунтов и получает в год 50 тысяч фунтов пособий, и объясняет, почему все британцы должны быть уничтожены.
Вопрос: существует ли петиция, чтобы выслать его из Британии? Он не британский гражданин, напоминаю – он попросил там политического убежища. И если нет, то почему?
Другой пример - Анджем Чудари. Тоже британский клерик, который тоже живет на деньги налогоплательщиков в шикарном особняке, и тоже получает гигантское пособие. Он учит, что эти деньги – пособие на джихад. Вопрос: почему не просят выслать его?
Я не большой сторонник демократии, но в данном случае, с моей точки зрения, европейский избиратель реагирует на теракты на основании здравого смысла. Все больше и больше людей на Западе, несмотря на ежедневное промывание мозгов, говорят «Слушайте, это плохо, что происходят теракты. Это плохо, что нельзя зайти в целые районы. Это плохо, что новогодние сожжения машин во Франции арабами стали, ну, просто традицией. И плохо, что если этих людей, которые жгут машины или торгуют наркотиками, пытаются арестовать, то следуют бунты и погромы. Это плохо, что в родной стране мы можем каждый день ждать удара ножом только за то, что мы неверные. Это плохо, что в этой стране люди, которые приехали в эту страну, требуют установить шариат. Это плохо, что в английском городке Ротерем было изнасиловано пакистанцами полторы тысячи девочек, и за это им ничего не было. А когда это поставили на вид местному совету, они сказали «Это неполиткорректно говорить, что насиловали мусульмане».
И вот избиратель, который все это видит, голосует. Голосует за ЮКИП, голосует за Марин Ле Пен, и будет голосовать за Трампа. И левая тусовка, которая в ужасе видит, что у нее ускользает власть, не находит ничего лучшего, как говорить «Самое ужасное, ребята, это не ISIS. Самое ужасное – это победа Марин Ле Пен».
Нет, ребята, самое ужасное – это победа ISIS, самое ужасное – это победа Бен Ладена. И вы, левая тусовка, все для этого делаете.
А знаете ли вы, сколько мусульман голосовало за Марин Ле Пен? В 2014 году, то есть в прошлом году на выборах 8% голосовавших мусульман голосовало за Марин Ле Пен. Вы спросите «Почему? Как это возможно?» Очень просто. Поставьте себя на место человека из Алжира или из Сомали, который прибыл в нормальную страну. Который хотел уехать из родной мерзости - из места, где убивают, из места, где господствует культ насилия. Который хотел, чтобы его дети учились в нормальной школе, который хотел, чтоб дети его не дышали языком ненависти. Этот человек открыл маленький магазинчик, он имеет свой бизнес. Этот человек вообще надеется нормально жить, и вдруг он попадает в такую же фавелу, которую сделали ему социалисты, сделали ему леваки, которые делают все, чтобы он продолжал зависеть от них, и зависел от государства. И он оказывается в том же самом родном маленьком Тунисе. Банды есть, полиции нет, работы нет, зато приходят социалисты и говорят «Мы так уважаем вашу культуру, уважаемый. Вот, вы знаете, у вас тут шикарные обычаи: женщины занавешивают лицо платком, девочкам вырезают малые половые губы. Это же все замечательные обычаи – вы должны их сохранить». А если он не хочет? Он зачем уезжал-то?
Возьмем Сен-Дени – это как раз тот пригород, где произошла перестрелка с террористами. Он всегда был красный, побеждали там коммунисты. Знаете, сколько Ле Пен там взяла в этот раз? 20%. Это как раз пригород, населенный мусульманами, потому что это как ни странно покажется левым дебилам, не все мусульмане приехали во Францию с тем, чтобы соблюдать там средневековье. И, собственно, когда мне говорят, что Марин Ле Пен – фашист, и что хуже ничего не бывает, для меня достаточно вот этих 8% мусульман, которые голосуют за Марин Ле Пен.
И это очень важные цифры, потому что они показывают, что проблема не в мусульманах, а в левых. Потому что это стандартная история с левыми. Левые приходят к власти в России в 1917 году, и они говорят «Мы покончим с бедностью». И с чем они кончают? С богатством. Улучшают они положение бедных? Читаем историю. Есть потрясающие воспоминания 1941 года, когда Красная армия зашла в Литву и в Латвию, и вдруг увидела, что там вот эти вот самые бедные живут в 100 раз лучше, чем голытьба в колхозах.
Левые приходят к власти в Европе и говорят «Мы сейчас объявим войну с бедностью». Они победили бедность? Нет. Появились фавелы, появились трущобы, появилось какое-нибудь чикагское гетто в США, где люди поколениями сидят на пособии. Вот, представьте себе эти самые чикагские трущобы: мальчишка в 12-13 лет – он уже наркоман. Он уже знает, что ему все должны, он носит с собой в кармане пистолет. В школе он ничему не может научиться, потому что вокруг такие же, как он. Это почему? Это потому что он черный? Нет, это не потому, что он черный. Это потому, что демократы воюют с бедностью так, чтобы бедность победила и чтобы этот мальчишка и остальные всегда голосовали за них.
То же самое в Европе, только не с афроамериканцами, а с мусульманами. Европейские  левые – это те же ребята, которые в США уделали афроамериканцев, а в Европе то же самое сделали с мусульманами. Они дают беженцам пособия. Потом эти беженцы нигде не работают. Потом физически оказывается, что работать невозможно, потому что если ты работаешь, то из тебя вычитают сумму пособия. Потом эти люди строят фавелы. Потом они оказываются в самом низу общества. Потом к ним приходят радикальные проповедники. Такова социальная политика левых, которым надо, чтобы людей, зависимых от государства, стало больше.
Левые - очень страшные люди.
И вот сегодня оказывается, что 8% мусульман голосует за Марин Ле Пен, что не все мусульмане хотят жить в этом дерьме. Потому что банда-то одна на весь квартал, и грабит она не французов, а грабит она тех же арабов, тех же владельцев магазинчиков.
Дональд Трамп сказал, что в Лондоне нельзя ходить в некоторые кварталы. Самый простой вопрос: Правду ли говорит Трамп? Британские власти тут же опровергли, а полицейские тут же подтвердили.
То, что в некоторые кварталы нельзя заходить, это еще что! Сейчас выясняется: власти не знали, что в этих кварталах есть секретные школы, в которых маленьких мусульманских детей 8-ми, 9-ти и 10-ти лет учат, как хорошо убивать неверных!
А перед этим была еще другая история в Бирмингеме, совсем потрясающая. Операция «Троянский конь». Операция «Троянский конь» заключалась в том, что радикальные исламисты - салафиты проникли в государственную систему английского образования в Бирмингеме, и в некоторых кварталах они полностью через своих людей контролировали школы. В этих школах они учили, что всех неверных надо убивать.
Как это выяснилось? Сначала появились слухи. Потом было опубликовано письмо, из которого было ясно, что это специальная скоординированная акция. Что это не просто один салафит стал директором одной школы, а другой салафит стал директором еще одной школы, а что это специальная операция про проникновению в британскую систему образования с целью диверсии. Происходили страшные вещи. Там трехлетний мальчик в яслях, плохо умеющий говорить, говорил, что денег нет, потому что все забрали жиды.
И какова была официальная реакция на это? Сначала это письмо объявили фальшивкой. Даже официальная реакция чиновника, который занимал второе место в Комиссии по борьбе с терроризмом звучала так: «Там определенные отклонения». Потом оказалось, что письмо настоящее, что есть это настоящая инструкция местной английской Аль-Каиды о том, как проникать в школы. И эта инструкция работает. Там в два десятка с лишним школ в Бирмингеме таким образом, проникли экстремисты.
Так что является настоящей проблемой: происходящее в Британии или заявление Трампа о том, что в некоторые кварталы нельзя зайти?
И мы видим, как ни странно, что западные медиа и власти в ответ на Марин Ле Пен и Трампа ведут себя точно так же, как Кремль в ответ на Навального. Навальный говорит «У Генпрокуратуры в партнерах бандиты-убийцы Цапки», а Генпрокуратура отвечает: «Давайте проверим Навального». Трамп говорит «В Лондон нельзя заходить», а в ответ: «Давайте не пускать в Лондон Трампа».
В британском городке Ротереме полторы тысячи изнасилованных пакистанцами девочек, которых насиловали, потому что с точки зрения насильников они - неверные шлюшки и их можно употреблять как угодно. Но если вы об этом говорите, вы – фашист.
Вот, Гитлер не терпел евреев, а Трамп не любит мусульман. Я слышала уже совершенно замечательные комментарии по американскому телевидению: «Каждый раз, когда Трамп говорит «мусульманин», я слышу слово «еврей». Хочется спросить: разве евреи в 1934 году считали, что все немцы должны обратиться в иудаизм, а если нет, то их надо убить? Или евреи призывали к установлению в Германии закона Моисея? Кто сегодня устраивает теракты в Германии? Кто захватывал Батаклан, взрывал самолеты? Случайно, не мусульмане?
Но, если хотите посмеяться: В мире действительно было время, когда евреи подобное говорили. Это было в начале нашей эры. Тогда по Иудее бродило множество проповедников, которые рассказывали, что сейчас проклятая Римская империя разрушится, что сейчас придет Мессия, Спаситель, который заставит все народы мира поклоняться еврейскому богу, и спасутся только праведники. Под праведниками, естественно, имелись в виду те, кто следует этому Мессии. А все остальные погибнут и будут перерезаны. Мессия, грядущий на облаках. И тогда существовал иудейский ИГИЛ. Кстати, одного из этих проповедников звали Иисус. Еще у Иисуса был брат Иаков, который после его смерти возглавил этот ИГИЛ, но к 62-му году Иаков, брат Иисуса, слетел со стены Иерусалимского храма. Его оттуда сбросили местные первосвященники со словами «Вижу второе пришествие Иисуса». Христа там еще не было. После чего, как пишет Иосиф Флавий в ныне утраченных абзацах, из-за этой смерти началась иудейская война. Эти абзацы были потом вычеркнуты, потому что были слишком «стремными». Но они совершенно точно были, потому что их видели разные христианские деятели типа Оригена и Иеронима. Потом ИГИЛ этот превратился усилиями Апостола Павла в некую совершенно другую религию. А Иисус Мессия превратился в Иисуса Христа, его перевели на греческий. И куда-то рассосался еврейский ИГИЛ. Правда, на это понадобился почти век, понадобилось второе восстание Бар-Кохбы, понадобилось полное опустошение Иудеи. И иудейская религия прекратила быть вирулентной.
Но вернемся в наше время. Дональд Трамп сказал «Не пускайте мусульман в Америку». Это его предложение является совершенно конкретной реакцией на бойню в Сан-Бернардино. Напомню, что 2 декабря некто Сайед Фарук, который был инспектором по здоровью в местном Департаменте здравоохранения, присутствовал на каком-то местном банкете этого самого Департамента здравоохранения. В какой-то момент он ушел с этого банкета и вернулся со своей женой. Они оба были в масках и начали стрелять. Потом оказалось, что они в процессе вот этой стрельбы еще успели там где-то в Facebook присягнуть ИГИЛу. Убили 14 человек, оставили за собой 3 бомбы, которые, кстати, не взорвались. Муж был гражданин США и родился в США, а девица приехала только что из Саудовской Аравии. Причем, приехала по визе жены. И если посмотреть ее замечательную биографию, то можно заметить, что она обучалась в Саудовской Аравии в религиозной школе, где понятно, чему ее обучали. Ну, собственно, тому же самому, чему и в некоторых британских детских садах обучали. То есть это была джихадистская невеста. Вопрос: нафиг девицу, которая ненавидит США и считает, что все там должны быть убиты, пускать в США?
Это тот же самый вопрос, что и с Царнаевыми: каким образом Царнаевы с их замечательной мамой, которая сейчас говорит, что мальчиков подставили, каким образом эти люди получили политическое убежище в США? Они не имели никаких прав на получение политического убежища, не имели никаких прав на какое-то снисхождение народа США, на какую-то помощь. Они на деньги американских налогоплательщиков собрали эту свою скороварку, которая разнесла Бостонский марафон. Резонный вопрос: зачем их пускать?
Кстати, что сказал Обама после теракта? Внимание! Он четыре дня молчал, на пятый день выдавил из себя, что это теракт. Обама! Президент демократической страны! Еще раз, внимание -президент демократической страны только через четыре дня сказал, что это теракт. И после этого, сказал, что это не против мусульман. Мир, дружба, жвачка. Замечательно!
Знаете, кто выступил за то, что говорит Трамп? Недаль Сайед, имам, который возглавляет в Техасе, в Бомонте мечеть. Он сказал, что предложение Трампа совершенно справедливое, потому что пока идет война с ISIS, цитирую (цитирую имама, цитирую мусульманина): «Будет, действительно, разумно остановить новую мусульманскую иммиграцию в США». Еще только одну вещь добавил мудрый имам. Он сказал: «пожалуйста, прекратите при приеме беженцев разделять мусульман и христиан, потому что иначе все беженцы станут христианами». Что случилось с замечательным имамом Недалем Ас-Сайедом? Его тут же уволили из этой самой мечети. Последняя история, которую я слышала, что он, видимо, будет обращаться в ФБР за помощью, потому что ему, естественно, угрожают.
Понятно, что предложение Трампа – на грани фола. Но он хоть что-то предлагает делать в то время, как Обама говорит «Мир, дружба, жвачка».
Теперь как отличить радикального мусульманина от нерадикального. Это так же легко, как отличить протестанта от католика. Элементарно, Ватсон, как говорится.
Радикальный мусульманин: круг общения, мечеть, которую он посещает, слова, которые он пишет на Facebook. Радикалы очень активные, они всегда всех стремятся перевербовать. Они так распространяют свою веру.
Если мусульманин идет и голосует за Ле Пен, он точно мирный мусульманин. Их очень много, и они являются первыми жертвами ИГИЛа. На самом деле, гораздо больше от ИГИЛа погибает мусульман, чем погибает всяких других неверных. Задумайтесь, почему 8% мусульман еще в прошлом году голосовало за Марин Ле Пен.
Не надо говорить, что мусульмане все одним миром мазаны. Надо помнить, что есть мусульмане, которые голосуют за Марин Ле Пен, потому что не всем хочется жить в хлеву. Есть мусульмане, которые поддерживают предложение Трампа в качестве временной меры, вызванной экстраординарными обстоятельствами.
И, на мой взгляд, совершенно потрясающую вещь мы наблюдаем. Мы наблюдаем агонию левой тусовки, которая устроила в Европе то, что она устроила. И это не называется «мультикультурализм», это называется «разведение экстремизма». И оказывается, что самые первые, кому это не выгодно - это мусульмане.

Юлия Латынина, "Эхо Москвы"